История происхождения глуповцев в истории одного города салтыкова-щедрина

Краткое содержание О корени происхождения Глуповцев Салтыкова-Щедрина

Давным-давно жил народ, который называли головотяпами. Люди дали им такое странное прозвище из-за крепкой головы, которой они постоянно куда-нибудь стучали. Недалеко от них жили другие не менее странные народы.

Их названия тоже были очень оригинальными: лягушечники, губошлепы, кособрюхие и многие другие. Жили соседи не очень дружно. Они постоянно ссорились и калечили друг друга.

Дошло дело до того, что у них почти не осталось женщин, чтобы продолжать род.

Тогда головотяпы задумались над тем, что необходимо что-то в жизни изменить. Они захотели командовать остальными народами. Хитрые головотяпы предложили соревнование на выяснение главенства: необходимо было ударяться головами друг о друга до победы одного из противников. Таким образом, головотяпы победили и стали во главе.

Обратите внимание

Их управление не навело порядка в стране. Они совершали очень глупые и необъяснимые поступки. Например, затянули теленка на баню, застрелили собаку вместо волка, подпирали палками небо, чтобы оно не упало.

Затем головотяпы поняли, что у них ничего не выходит. Они посовещались и решили князя себе найти, чтобы он ими управлял. Они нашли двух князей, которые узнав о их глупости, не согласились к ним ехать. Они посоветовали найти себе глупого  руководителя.

Долго искали головотяпы князя и наконец-то нашли. Князь дал им название глуповцы и поставил над ними управляющего. Но, из этого ничего не вышло. Вор, который присматривал за делами в городе Глупове, постоянно устраивал бунты. Заменил князь его другим, но и тот оказался не лучше. В наказание за его проступки князь отрезал надсмотрщику язык.

Понял князь, что надо брать все в свои руки, и приехал в Глупов. Закричал он грозно на жителей города, что будет их нещадно пороть. С того момента начались в городе совсем другие времена.

Из-за своей глупости люди нажили себе лишние проблемы.

Можете использовать этот текст для читательского дневника

  • Краткое содержание Домострой СильвестраДомострой является сводом правил, на которых строятся взаимоотношения в любой православной семье. Эта книга содержит наставления о том, как следует поступать каждому члену семьи в том или ином случае
  • Краткое содержание Тэффи НостальгияВ этом рассказе Тэффи описывает ностальгию, которую испытала на себе. Она приводит в пример многих иммигрантов, сбежавших от «большевистской» смерти, но встретившие за границей другую – моральную
  • Краткое содержание Бажов Таюткино зеркальцеП.П. Бажов в своей сказке «Таюткино зеркальце» описывает нелегкие трудовые будни уральских горняков. Главной героиней сказки является маленькая девчушка Наташа, но все мило называют ее Таюткой
  • Краткое содержание Набоков Защита ЛужинаВ произведении «Защита Лужина», созданном писателем Владимиром Владимировичем Набоковым, повествуется о жизни Александра Ивановича Лужина — одного из лучших игроков в шахматы.
  • Краткое содержание Толстой ЛюцернДействия произведения Льва Толстова разворачиваются летом в одном из городов Швейцарии. В этом туристическом городе полно иностранцев. Т. к. англичан больше всего, город перестраивается в соответствии с их вкусами

Источник: https://2minutki.ru/kratkie-soderzhaniya/saltykov-shchedrin/o-koreni-proiskhozhdeniya-glupovcev-pereskaz

Сатирическое изображение действительности в «Истории одного города» Салтыкова?Щедрина (глава «О корени происхождении глуповцев») на Сёзнайке.ру

«История одного города» – это величайшее сатирическое полотно‑роман. Это беспощадное обличение всей системы управления царской России. Законченная в 1870 г.

«История одного города» показывает, что народа в пореформенное время осталось таким же бесправным, что чиновники – самодуры 70‑ых гг.

отличались от дореформенных только тем, что грабили более современными, капиталистическими способами.

Город Глупов – олицетворение самодержавной России, русского народа. Его правители воплощают в себе конкретные черты исторически достоверных, живых правителей, но черты эти доведены до «логического конца», гиперболизированы.

Все жители Глупова – и градоначальники, и народ – живут в каком‑то кошмарном сне, где вполне объяснимо появление правителя с органчиком вместо головы, жестоких оловянных солдатиков вместо живых, идиота, мечтающего уничтожить все на земле, головотяпа, который ходил «комара восемь верст ловить» и т. п. Эти образы строятся так же, как и образы народной фантазии, но они страшнее, потому что реальнее. Чудовища глуповского мира порождены этим же миром, вскормлены его гнилой почвой. Поэтому сатирик не ограничивается в «Истории одного города» одним высмеиванием правителей города, он горько смеется и над рабским терпением народа.

Глава «О корени происхождения глуповцев» должна была по замыслу писателя показать традицию появления любимого занятия градоначальников – сечения и взыскания недоимок.

Первоначально глуповцы назывались головотяпами, потому что «имели привычку тяпать головами обо все, что бы ни встретилось на пути. Стена попадается ─ об стену тяпают; Богу молиться начнут – об пол тяпают». Это «тяпание» уже достаточно говорит о душевных, прирожденных качествах головотяпов, развившихся в них независимо от князей. С горьким смехом М. Е.

Салтыков‑Щедрин пишет, что «собрав воедино куралесов, гущеедов и прочие племена, головотяпы начали устраиваться внутри, с очевидною целью добиться какого‑нибудь порядка».

«Началось с того, что Колгу толасном замесили, потом желемка на баню тащили, потом в кошеле кошу варили» и совершали другие бессмысленные дела, из‑за которых даже два глупых найденных князя не пожелали «володеть» головотяпами, назвав их глуповцами. Но никак не мог народ сам собой устроиться.

Непременно нужен был князь, «который и солдатов у нас наделает, и острог, какой следовает, выстроит!» Здесь сатирическому осмеянию подвергается «народ исторический», «выносящий на своих плечах Бородавкиных, Бурчеевых и т. п.», которому писатель, как он сам признавался, сочувствовать не мог.

Важно

Добровольно отдались головотяпы в кабалу, «воздыхали неослабляючи, вопияли сильно», но «драма уже совершилась бесповоротно». И началось притеснение и обворование глуповцев, доведение их до бунтов, выгодных правителям.

А «исторические времена» для Глупова начались с вопля: «Запорю!» Но несмотря на резко критическое отношение к народной пассивности, покорности и долготерпению, автор в «Истории одного города» в других главах рисует облик народа проникновенными красками, особенно ярко проявляется это в сценах народных бедствий.

Но в своем произведении автор не ограничивается показом картин произвола правителей и долготерпения народа, он раскрывает и процесс нарастания гнева угнетенных, убеждая читателей, что так дальше продолжаться не может: либо Россия прекратит свое существование, либо наступит такой перелом, который сметет с лица земли русской существующей государственный строй.

Источник: http://www.seznaika.ru/literatura/referaty/9039-satiricheskoe-izobrajenie-deystvitelno

Сочинение ««История одного города» О корени происхождения глуповцев»

«Не хочу я, подобно Костомарову, серым волком рыскать по земли, ни, подобно Соловьеву, шизым орлом ширять под облакы, ни, подобно Пыпину, растекаться мыслью по древу, но хочу ущекотать прелюбезных мне глуповцев, показав миру их славные дела и предобрый тот корень, от которого знаменитое сие древо произросло и ветвями своими всю землю покрыло».

Так начинает свой рассказ летописец и продолжает:

Был в древности народ, именуемый головотяпами, жил он далеко на севере. Головотяпами прозывались оттого, что имели привычку «тяпать» головами обо все, что бы ни встретилось на пути. По соседству с головотяпами жили моржееды, лукоеды, лапотники, долбежники, проломленные головы, губошлепы, вислоухие и т. д.

У них не было ни вероисповедания, ни образа правления, они постоянно враждовали между собою. Так они взаимно разорили свои земли, надругались над женами и девами, но очень гордились своим гостеприимством и радушием. Головотяпы пытались добиться внутри порядка, но ничего не выходило.

Тогда решили они избрать себе князя. Один пошехонец-слепород помог им найти князя. Рассказали головотяпы князю про свою жизнь и неудачи, а он назвал их глупыми по делам и не согласился ими владеть. Задумались они над словами князя.

Постановили головотяпы искать глупого князя и нашли за болотом, в котором многие утонули. Но и этот князь не захотел владеть ими.

Только вор-новотор разыскал умного князя, отправившего к головотяпам именно вора-новотора: «пущай он вами дома правит, а я отсель и им и вами помыкать буду!» Решено было четвертую часть доходов забирать себе, а остальное — князю. Обещал он жестокую расправу, назвал головотяпов глупов-цами.

«Были между ними, — говорит летописец, — старики седые и плакали горько, что сладкую волю свою прогуляли; были и молодые, кои той воли едва отведали, но и те тоже плакали. Тут только познали все, какова такова прекрасная воля есть».

На болоте заложили город Глупов. Вор-новотор был недоволен покорностью, потому что ему нужны были бунты; пресечением их мог он благосклонность князя получить. Но воровская натура не позволила наместнику долго править в городе: проворовался и зарезался огурцом.
И тогда сам князь прибыл в Глупов и возопил: «Запорю!»

Так начались исторические времена. Опись градоначальникам, в разное времяв город Глупов от вышнего начальствапоставленным (1731 — 1826) КЛЕМЕНТИЙ, Амадей Мануйлович. Вывезен из Италии Бироном за искусную стряпню макарон, внезапно произведен в надлежащий чин, прислан градоначальником. За измену бит в Глупове в 1734 году кнутом и сослан в Березов.

Совет

ФЕРАПОНТОВ, Фотий Петрович, бригадир. Брадобрей. Боролся с недоимщиками, любил зрелища. В 1738 году растерзан собаками в лесу. ВЕЛИКАНОВ, Иван Матвеевич. Брал С Души дань по три копейки. В 1740 году, в царствование Елисавет, был уличен в любовной связи с Авдотьей Лопухиной, бит кнутом и сослан в острог. УРУС-КУГУШ-КИЛЬДИБАЕВ, Маныл Самылович, капитан-поручик.

Безумно отважен, намеревался приступом взять город Глупов, но был уволен в 1745 году. ЛАМВРОКАКИС, беглый грек, пойман на базаре. Был сторонником классического образования. В 1756 году был заеден клопами. БАКЛАН, Иван Матвеевич, бригадир. Был роста трех аршин и трех вершков. Во время бури в 1761 году переломлен пополам. ПФЕЙФЕР, Богдан Богданович.

Ничего не совершил, сменен в 1762 году за невежество. БРУДАСТЫЙ, Дементий Варламович. Назначен впопыхах, имел в голове устройство, за которое был прозван «Органчиком». ДВОЕКУРОВ, Семен Константинович. Завел пивоварение и медоварение, ввел в употребление горчицу и лавровый лист, покровительствовал наукам. Умер в 1770 году своей смертью.

МАРКИЗ де САНГЛОТ, Антон Протасьевич. Отличался легкомыслием. Летал по воздуху в городском саду. За эту затею уволен в 1772 году. ФЕРДЫЩЕНКО, Петр Петрович, бригадир. Был косноязычен, запустил недоимки. Во время его правления в городе случился пожар и голод. Умер в 1779 году от объедения.

БОРОДАВКИН, Василиск Семенович, «спалил тридцать три деревни и с помощью сих мер взыскал недоимок два рубля с полтиною». Умер в 1798 году на экзекуции. НЕГОДЯЕВ, Онуфрий Иванович, бывший истопник. Разместил улицы и из камня построил монументы. Сменен в 1802 году за несогласие насчет конституции. МИКАЛАДЗЕ, князь Ксаверий Георгиевич, черкашенин.

Был столь охоч до женского пола, что увеличил глуповское народонаселение почти вдвое. Умер в 1814 году от истощения сил. БЕНЕВОЛЕНСКИЙ, Феофилакт Иринархович, статский советник. Был склонен к законодательству, предсказал гласные суды и земство. В 1811 году за потворство Бонапарту был призван к ответу и сослан в заточение. ПРЫЩ, майор, Иван Пантелеевич.

Местный предводитель дворянства обнаружил у него фаршированную голову. ИВАНОВ, Никодим Осипович. Умер от натуги, пытаясь понять сенатский указ. ДЮ ШАРИО, виконт. Любил рядиться в женское платье, ел лягушек. Оказался девицею. Выслан в 1821 году за границу. ГРУСТИЛОВ, Эраст Андреевич. Друг Карамзина. Имел нежное сердце, любил природу. Умер от меланхолии в 1825 году.

УГРЮМ-БУРЧЕЕВ, бывший прохвост. «Разрушил старый город и построил другой на новом месте». ПЕРЕХВАТ-ЗАЛИХВАТСКИЙ, Архистратиг Стратилатович, майор. «Въехал в Глупов на белом коне, сжег гимназию и упразднил науки». Органчик

В августе 1762 года в город Глупов прибыл Дементий Варламович Брудастый. Жители радовались, еще не видя его.

Мечтатели утверждали, что при новом градоначальнике процветет торговля, возникнут науки и искусства. Глуповская восторженность и глуповское легкомыслие проявились во всей полноте.

Новый градоначальник был молчалив и угрюм. Едва появившись в городе, он высек уйму ямщиков. Скоро обыватели поняли, что радость и ликование были преждевременными. На приеме градоначальник, не проронив ни слова, обошел ряды чиновников и вдруг произнес: «Не потерплю!» Все остолбенели.

Обратите внимание

Народ Глупова изнежен и крайне избалован. Обыватели «любят, чтоб у начальника на лице играла приветливая улыбка, чтобы из уст его по временам исходили любезные прибаутки, и недоумевают, когда уста эти только фыркают или издают загадочные звуки». Глуповцы хотели сердечного отношения к себе, были согласны даже получить угрозы.

Читайте также:  Характеристика и образ старухи изергиль в рассказе горького сочинение

Но новый градоначальник вел себя странно: не ел, не пил, что-то писал пером. Иногда, выбегая из кабинета, выкрикивал: «Не потерплю!» Жизнь в городе стала стремительной: «хватают и ловят, секут и порют, описывают и продают».

«Гул и треск проносятся из одного конца города в другой, и над всем этим гвалтом, над всей этой сумятицей, словно крик хищной птицы, царит зловещее: «Не потерплю!»

Глуповцы испугались возможных наказаний, стали рассуждать, что обозначает слово «не потерплю!». Город затих, улицы опустели, на них появились хищные звери. Люди прятались в домах. Зловещий и безотчетный страх овладел глуповцами.

В городе замерла жизнь, скрылись в темноте вечеров и ночей дома, улицы. Только в квартире градоначальника мерцал свет.
Слухи, появившиеся в Глупове, были безобразны: градоначальника считали оборотнем.

Нашлись люди, предложившие обывателям пасть на колени и просить прощения. Но затем все смирились с судьбой.

Вскоре стало известно, что к градоначальнику тайно приходит часовщик Байбаков: однажды видели, как он, испуганный, выходил от Брудастого. Предположения были разнообразные. Расспросы мастера не дали результата. Со временем Байбаков осмелел и даже стал грозить городскому голове.

В один весенний день градоначальник назначил глуповской интеллигенции встречу. Природа радовалась и ликовала. Все ждали наказания. Но градоначальник вышел из дома, принял дары, обошел всех присутствующих, и вдруг внутри у него зашипело, зажужжало, он засверкал глазами и произнес: «П..

, п… плю!», — и бросился в дом. Глуповцы были ошеломлены, но остались верными начальстволюбию.
Немного спустя письмоводитель градоначальника увидел в его кабинете тело Брудастого, сидящее за письменным столом, а на кипе бумаг лежала совершенно пустая голова градоначальника.

В страхе письмоводитель выбежал.

Скоро тайная весть об упразднении градоначальниковой головы облетела весь город. Горожане плакали, волновались. Помощник градоначальника потребовал объяснений от Байбакова.

Важно

Тот рассказал об изложенной на бумажке просьбе градоначальника исправить механизм. Градоначальник снял голову, которая оказалась ящиком с органчиком, исполняющим музыкальные пьесы «разорю!» и «не потерплю!».

По дороге в Глупов голова отсырела, винтики отлетели. Обратились за помощью в Санкт-Петербург, но новой головы все не было.

Началась анархия. Помощник градоначальника получил из столицы уведомление о том, что голова уже давно отправлена. Доставить посылку должен был мальчик, но в дороге новая голова испугала ребенка, когда отчетливо произнесла: «Разорю!» Мальчишка выбросил ее на дорогу, а сам убежал.

Город Глупов волновался, все искали виновных в происшедших событиях. Толпа требовала от помощника градоначальника объяснений. В этот момент неожиданно подъехала телега, в которой находился… градоначальник. Голова его была сильно помята, перепачкана.

Выскочив из телеги, он стал выкрикивать уже известные глуповцам слова. На другой телеге, незаметно приблизившейся к собравшимся, рядом с Байбаковым сидел точь-в-точь такой же градоначальник, но голова у него была новая, покрытая лаком.
«Самозванцы встретились и смерили друг друга глазами.

Толпа медленно и в молчании разошлась».

Источник: http://litsochinenie.ru/istoriya-odnogo-goroda-o-koreni-proishozhdeniya-glupovtsev.html

Сатирическое изображение действительности в “Истории одного города” М. Е. Салтыкова-Щедрина (глава “О корени происхождении глуповцев”)

Сатирическое изображение действительности в “Истории одного города” М. Е. Салтыкова-Щедрина (глава “О корени происхождении глуповцев”)

“История одного города” – это величайшее сатирическое полотно-роман. Это беспощадное обличение всей системы управления царской России. Законченная в 1870 г. “История одного города” показывает, что народа в пореформенное время осталось таким же бесправным, что чиновники – самодуры 70-ых гг.

отличались от дореформенных только тем, что грабили более современными, капиталистическими способами.
Город Глупов – олицетворение самодержавной России, русского народа. Его правители воплощают в себе конкретные черты исторически достоверных, живых правителей, но черты эти доведены до “логического конца”, гиперболизированы.

Все жители Глупова –и градоначальники, и народ – живут в каком-то кошмарном сне, где вполне объяснимо появление правителя с органчиком вместо головы, жестоких оловянных солдатиков вместо живых, идиота, мечтающего уничтожить все на земле, головотяпа, который ходил “комара восемь верст ловить” и т. п.

Совет

Эти образы строятся так же, как и образы народной фантазии, но они страшнее, потому что реальнее. Чудовища глуповского мира порождены этим же миром, вскормлены его гнилой почвой. Поэтому сатирик не ограничивается в “Истории одного города” одним высмеиванием правителей города, он горько смеется и над рабским терпением народа.

Глава “О корени происхождения глуповцев” должна была по замыслу писателя показать традицию появления любимого занятия градоначальников – сечения и взыскания недоимок.

Первоначально глуповцы назывались головотяпами, потому что “имели привычку тяпать головами обо все, что бы ни встретилось на пути. Стена попадается ─ об стену тяпают; Богу молиться начнут –

об пол тяпают”. Это “тяпание” уже достаточно говорит о душевных, прирожденных качествах головотяпов, развившихся в них независимо от князей. С горьким смехом М. Е. Салтыков-Щедрин пишет, что “собрав воедино куралесов, гущеедов и прочие племена, головотяпы начали устраиваться внутри, с очевидною целью добиться какого-нибудь порядка”.

“Началось с того, что Колгу толасном замесили, потом желемка на баню тащили, потом в кошеле кошу варили” и совершали другие бессмысленные дела, из-за которых даже два глупых найденных князя не пожелали “володеть” головотяпами, назвав их глуповцами. Но никак не мог народ сам собой устроиться.

Непременно нужен был князь, “который и солдатов у нас наделает, и острог, какой следовает, выстроит!” Здесь сатирическому осмеянию подвергается “народ исторический”, “выносящий на своих плечах Бородавкиных, Бурчеевых и т. п.”, которому писатель, как он сам признавался, сочувствовать не мог.

Добровольно отдались головотяпы в кабалу, “воздыхали неослабляючи, вопияли сильно”, но “драма уже совершилась бесповоротно”. И началось притеснение и обворование глуповцев, доведение их до бунтов, выгодных правителям.

А “исторические времена” для Глупова начались с вопля: “Запорю!” Но несмотря на резко критическое отношение к народной пассивности, покорности и долготерпению, автор в “Истории одного города” в других главах рисует облик народа проникновенными красками, особенно ярко проявляется это в сценах народных бедствий.

Но в своем произведении автор не ограничивается показом картин произвола правителей и долготерпения народа, он раскрывает и процесс нарастания гнева угнетенных, убеждая читателей, что так дальше продолжаться не может: либо Россия прекратит свое существование, либо наступит такой перелом, который сметет с лица земли русской существующей государственный строй.

(No Ratings Yet)

Источник: https://goldsoch.info/satiricheskoe-izobrazhenie-dejstvitelnosti-v-istorii-odnogo-goroda-m-e-saltykova-shhedrina-glava-o-koreni-proisxozhdenii-glupovcev/

История одного города

Данная повесть — «подлинная» летопись города Глупова, «Глуповский Летописец», обнимающая период времени с 1731 по 1825 г., которую «преемственно слагали» четыре глуповских архивариуса.

В главе «От издателя» автор особенно настаивает на подлинности «Летописца» и предлагает читателю «уловить физиономию города и уследить, как в его истории отражались разнообразные перемены, одновременно происходившие в высших сферах».

«Летописец» открывается «Обращением к читателю от последнего архивариуса-летописца». Архивариус видит задачу летописца в том, чтобы «быть изобразителем» «трогательного соответствия» — власти, «в меру дерзающей», и народа, «в меру благодарящего». История, таким образом, представляет собой историю правления различных градоначальников.

Сначала приводится глава доисторическая «О корени происхождения глуповцев», где повествуется о том, как древний народ головотяпов победил соседние племена моржеедов, лукоедов, кособрюхих и т. д. Но, не зная, что делать, чтобы был порядок, головотяпы пошли искать себе князя.

Не к одному князю обращались они, но даже самые глупые князья не хотели «володеть глупыми» и, поучив жезлом, отпускали их с честию. Тогда призвали головотяпы вора-новотора, который помог им найти князя. Князь «володеть» ими согласился, но жить к ним не пошёл, послав вместо себя вора-новотора.

Самих же головотяпов назвал князь «глуповцами», отсюда и пошло название города.

Продолжение после рекламы:

Глуповцы были народом покорным, но новотору нужны были бунты, чтобы их усмирять. Но вскоре он до того проворовался, что князь «послал неверному рабу петлю». Но новотор «и тут увернулся: ‹…› не выждав петли, зарезался огурцом».

Обратите внимание

Присылал князь и ещё правителей — одоевца, орловца, калязинца, — но все они оказались сущие воры. Тогда князь «…прибых собственною персоною в Глупов и возопи: „Запорю!“. С этими словами начались исторические времена».

Далее следует «Опись градоначальникам в разное время в город Глупов от вышнего начальства поставленным», после чего подробно приводятся биографии «замечательнейших градоначальников».

В 1762 г. в Глупов прибыл Дементий Варламович Брудастый. Он сразу поразил глуповцев угрюмостью и немногословием. Его единственными словами были «Не потерплю!» и «Разорю!».

Город терялся в догадках, пока однажды письмоводитель, войдя с докладом, не увидел странное зрелище: тело градоначальника, как обычно, сидело за столом, голова же лежала на столе совершенно пустая. Глупов был потрясён.

Но тут вспомнили про часовых и органных дел мастера Байбакова, секретно посещавшего градоначальника, и, призвав его, все выяснили. В голове градоначальника, в одном углу, помещался органчик, могущий исполнять две музыкальные пьесы: «Разорю!» и «Не потерплю!».

Но в дороге голова отсырела и нуждалась в починке. Сам Байбаков справиться не смог и обратился за помощью в Санкт-Петербург, откуда обещали выслать новую голову, но голова почему-то задерживалась.

Настало безначалие, окончившееся появлением сразу двух одинаковых градоначальников. «Самозванцы встретили и смерили друг друга глазами. Толпа медленно и в молчании разошлась». Из губернии тут же прибыл рассыльный и забрал обоих самозванцев. А глуповцы, оставшись без градоначальника, немедленно впали в анархию.

Анархия продолжалась всю следующую неделю, в течение которой в городе сменилось шесть градоначальниц. Обыватели метались от Ираиды Лукиничны Палеологовой к Клемантинке де Бурбон, а от неё к Амалии Карловне Штокфиш.

Важно

Притязания первой основывались на кратковременной градоначальнической деятельности её мужа, второй — отца, а третья — и сама была градоначальнической помпадуршей. Притязания Нельки Лядоховской, а затем Дуньки-толстопятой и Матренки-ноздри были ещё менее обоснованны.

В перерывах между военными действиями глуповцы сбрасывали с колокольни одних граждан и топили других. Но и они устали от анархии. Наконец в город прибыл новый градоначальник — Семен Константинович Двоекуров. Его деятельность в Глупове была благотворна.

«Он ввёл медоварение и пивоварение и сделал обязательным употребление горчицы и лаврового листа», а также хотел учредить в Глупове академию.

Брифли бесплатен благодаря рекламе:

При следующем правителе, Петре Петровиче Фердыщенке, город процветал шесть лет. Но на седьмой год «Фердыщенку смутил бес». Градоправитель воспылал любовью к ямщиковой жене Аленке. Но Аленка ответила ему отказом. Тогда при помощи ряда последовательных мер мужа Аленки, Митьку, заклеймили и отправили в Сибирь, а Аленка образумилась.

На Глупов же через градоначальниковы грехи обрушилась засуха, а за ней пришёл и голод. Люди начали умирать. Пришёл тогда конец и глуповскому терпению. Сначала послали к Фердыщенке ходока, но ходок не вернулся. Потом отправили прошение, но и это не помогло. Тогда добрались-таки до Аленки, сбросили и её с колокольни. Но и Фердыщенко не дремал, а писал рапорты начальству.

Хлеба ему не прислали, но команда солдат прибыла.

Через следующее увлечение Фердыщенки, стрельчиху Домашку, в город пришли пожары. Горела Пушкарская слобода, за ней слободы Болотная и Негодница. Фердыщенко опять стушевался, вернул Домашку «опчеству» и вызвал команду.

Закончилось правление Фердыщенки путешествием. Градоправитель отправился на городской выгон. В разных местах его приветствовали горожане и ждал обед. На третий день путешествия Фердыщенко умер от объедания.

Преемник Фердыщенки, Василиск Семенович Бородавкин, к должности приступил решительно. Изучив историю Глупова, он нашёл только один образец для подражания — Двоекурова. Но его достижения были уже забыты, и глуповцы даже перестали сеять горчицу.

Бородавкин повелел исправить эту ошибку, а в наказание прибавил прованское масло. Но глуповцы не поддавались. Тогда Бородавкин отправился в военный поход на Стрелецкую слободу. Не все в девятидневном походе было удачно. В темноте свои бились со своими.

Совет

Многих настоящих солдат уволили и заменили оловянными солдатиками. Но Бородавкин выстоял. Дойдя до слободы и никого не застав, он стал растаскивать дома на бревна. И тогда слобода, а за ней и весь город сдались. Впоследствии было ещё несколько войн за просвещение.

В целом же правление привело к оскудению города, окончательно завершившемуся при следующем правителе, Негодяеве. В таком состоянии Глупов и застал черкешенин Микеладзе.

В это правление не проводилось никаких мероприятий. Микеладзе отстранился от административных мер и занимался только женским полом, до которого был большой охотник. Город отдыхал. «Видимых фактов было мало, но следствия бесчисленны».

Сменил черкешенина Феофилакт Иринархович Беневоленский, друг и товарищ Сперанского по семинарии. Его отличала страсть к законодательству. Но поскольку градоначальник не имел права издавать свои законы, Беневоленский издавал законы тайно, в доме купчихи Распоповой, и ночью разбрасывал их по городу. Однако вскоре был уволен за сношения с Наполеоном.

Аудиокнига «История одного города». Слушайте дома или в дороге.

Бесплатный отрывок:

Купить и скачать аудиокнигу

94 ₽ · 10 ч · реклама Литреса

Следующим был подполковник Прыщ. Делами он совсем не занимался, но город расцвёл. Урожаи были огромны. Глуповцы насторожились. И тайна Прыща была раскрыта предводителем дворянства. Большой любитель фарша, предводитель почуял, что от головы градоначальника пахнет трюфелями и, не выдержав, напал и съел фаршированную голову.

После того в город прибыл статский советник Иванов, но «оказался столь малого роста, что не мог вмещать ничего пространного», и умер. Его преемник, эмигрант виконт де Шарио, постоянно веселился и был по распоряжению начальства выслан за границу. По рассмотрении оказался девицею.

Наконец в Глупов явился статский советник Эраст Андреевич Грустилов. К этому времени глуповцы забыли истинного Бога и прилепились к идолам. При нем же город окончательно погряз в разврате и лени. Понадеявшись на своё счастье, перестали сеять, и в город пришёл голод. Грустилов же был занят ежедневными балами.

Читайте также:  Критика о творчестве салтыкова-щедрина и отзывы современников

Но все вдруг переменилось, когда ему явилась о н а. Жена аптекаря Пфейфера указала Грустилову путь добра. Юродивые и убогие, переживавшие тяжёлые дни во время поклонения идолам, стали главными людьми в городе. Глуповцы покаялись, но поля так и стояли пустые. Глуповский бомонд собирался по ночам для чтения г.

Страхова и «восхищения», о чем вскоре узнало начальство, и Грустилова сместили.

Последний глуповский градоначальник — Угрюм-Бурчеев — был идиот. Он поставил цель — превратить Глупов в «вечно-достойныя памяти великого князя Святослава Игоревича город Непреклонск» с прямыми одинаковыми улицами, «ротами», одинаковыми домами для одинаковых семей и т. д. Угрюм-Бурчеев в деталях продумал план и приступил к исполнению.

Обратите внимание

Город был разрушен до основания, и можно было приступать к строительству, но мешала река. Она не укладывалась в планы Угрюм-Бурчеева. Неутомимый градоначальник повёл на неё наступление. В дело был пущен весь мусор, все, что осталось от города, но река размывала все плотины. И тогда Угрюм-Бурчеев развернулся и зашагал от реки, уводя с собой глуповцев.

Для города была выбрана совершенно ровная низина, и строительство началось. Но что-то изменилось. Однако тетрадки с подробностями этой истории утратились, и издатель приводит только развязку: «…земля затряслась, солнце померкло ‹…› Оно пришло». Не объясняя, что именно, автор лишь сообщает, что «прохвост моментально исчез, словно растворился в воздухе.

История прекратила течение своё».

Повесть замыкают «оправдательные документы», т. е. сочинения различных градоначальников, как-то: Бородавкина, Микеладзе и Беневоленского, писанные в назидание прочим градоначальникам.

Источник: https://briefly.ru/saltykov-cshedrin/istorija_odnogo_goroda/

Фольклорные традиции в “Истории одного города” М. Е. Салтыкова Щедрина (глава “О корени происхождении глуповцев”)

“История одного города” М. Е. Салтыкова Щедрина написана в форме повествования летописца архивариуса о прошлом города Глупова, но писателя интересовала не историческая тема, он писал о настоящей России, о том, что волновало его как художника и гражданина своей страны. Стилизовав события столетней давности, придав им черты эпохи XVIII в.

, Салтыков Щедрин выступает в разных качествах: сначала он ведет повествование от лица архивариусов, составителей “Глуповского летописца”, затем от автора, выполняющего функции издателя и комментатора архивных материалов.

Подойдя к изложению изобретательно, Салтыков Щедрин сумел соединить сюжета и мотивы легенд, сказок, других фольклорных произведений и просто, доступно донести до читателей антимонархические идеи в картинах народно быта и повседневных заботахроссиян.

Открывает роман глава “Обращение к читателю”, стилизованная под старинный слог, которой писатель знакомит своих читателей со своей целью: “изобразить преемственно градоначальников, в город Глупов от российского правительства в разное время поставлениках”. Глава “О корени происхождении глуповцев” написана как пересказ летописи.

Начало – подражание “Слову о полку Игореве”, перечисление известных историков XIX в., имеющих прямо противоположные взгляды на исторический процесс. Доисторические времена Глупова кажутся нелепыми и нереальными, поступки народов, живших в давние времена, далеки от осознанных деяний. Поэтому то и назывались глуповцы в прошлом головотяпами, что и заявляет само по себе об их прирожденной сущности.

Говоря о попытках головотяпов, собрав воедино куролесов, гуинедов и прочие племена, устроиться внутри и добиться какого нибудь порядка, писатель приводит множество небылиц: “Волгу толокнам замесили, потом теленка на баню тащили,

потом в кошеле кашу варили, потом рака с колокольным звоном встречали, потом щуку с яиц согнали” и т. д. Так же, как и их поступки, нелепо желание головотяпов заполучить себе князя.

Если в народных сказках герои отправляются на поиски счастья, то этим племенам нужен правитель, чтобы и “солдат наделал, и острог, как следовает, выстроил”.

Продолжая иронизировать над головотяпами, Салтыков Щедрин опять прибегает к фольклорным традициям: лексическим повторам, пословицам: “Искали, искали они князи и чуть чуть в трех соснах не заблудилися, да спасибо случился тут пешехомец слепород, который эти три сосны как свои пять пальцев знал”.

В духе народных сказок ходят “добры молодцы” в поисках князя три года и три дня и находят только с третьей попытки, пройдя “ельничком да беруничком, потом чащей дремучею, потом переносочком”.

Все эти фольклорные традиции, сочетающиеся с сатирой, создают неповторимый стиль произведения, помогают автору подчеркнуть абсурдность, бессмысленность глуповской жизни. Но даже в этой главе М. Е. Салтыков Щедрин находит возможность пожалеть глупый народ, добровольно посадивший себе на шею князя.

Он приводит полных два куплета знаменитый народной песни “Не шуми, мати зелена дубравушка”, сопровождая ее грустными комментариями: “Чем долее лилась песня, тем ниже понуривались головы головотяпов”.

Важно

К жанру пословицы автор прибегает тогда, когда говорит о кандидатах на роль помещика к глуповцам: “кому из двух кандидатов отдать преимущество: орловцу ли – на том основании, что “Орел да Кромы – первые воры”, или шуяшену, на том основании, что он “в Питере бывал, на попу согнал, и тут же упал”. Да, правление начинается с воров и глупцов и будет продолжено ими, но неслучайно с самого начала их характеристики звучит здоровое народное остроумие, которое, но мысли автора, победит безголовых чудовищ глуповского мира.

Через всю “Историю одного города” проходит мысль о том, что многострадальный народ пробудится, преодолеет трудности, потому что он не разучился верить, любить и надеяться.

(No Ratings Yet)
Loading…

До основяненка т шевченко все про твір.

Ви зараз читаєте: Фольклорные традиции в “Истории одного города” М. Е. Салтыкова Щедрина (глава “О корени происхождении глуповцев”)

Источник: https://ukr-lit.com/folklornye-tradicii-v-istorii-odnogo-goroda-m-e-saltykova-shhedrina-glava-o-koreni-proisxozhdenii-glupovcev/

«История одного города», краткое содержание по главам романа Салтыкова-Щедрина

«История одного города» издана по подлинным документам. По утверждению автора, он обнаружил в глуповском городском архиве связку тетрадок, имеющих общее название, – «Глуповский Летописец». Записи велись четырьмя архивариусами в период с 1731 по 1825 год. В основном они содержат биографии местных градоначальников.

К «Глуповскому Летописцу» прилагаются несколько детских тетрадок. В них – рассуждения градоначальников «на различные темы административно-теоретического содержания».

По словам автора предисловия, он не касался содержания летописи – фантастического и местами даже практически невероятного, исправив только «тяжелый и устарелый слог» и поработав над орфографией.

Обращение к читателю

Автор обращения – последний архивариус-летописец Павлушка. Он рассказывает, как появился «Глуповский Летописец». По мнению Павлушки, в Глупове были градоначальники, чьи деяния достойны описания и ничуть не уступают деяниям «Неронов преславных» и «Калигул, доблестью сияющих».

Как верно замечает в сноске автор «Истории одного города», здесь архивариус демонстрирует явный недостаток образования. Ни Калигулу, ни Нерона нельзя назвать образцово-показательными правителями.

Также в обращении к читателю кратко описывается город Глупов, который имеет три реки, стоит на семи холмах и активно торгует «квасом, печенкой и вареными яйцами».

О корени происхождения глуповцев

В древние времена жил народ, который называли головотяпами. Обитал он далеко на севере. Там, где, по мнению римских и греческих историков и географов, находилось Гиперборейское море. Этот народ так именовали из-за того, что его представители обо все «тяпались» головой.

С головотяпами соседствовало множество племен. В их числе – кособрюхие, долбежники и лягушечники. Между собой народы постоянно воевали. Дошли до того, что не осталось у них «ни жен, ни дев», а кора с последней сосны пошла на лепешки.

Головотяпы предложили тяпаться друг с другом головами, пока не определится победитель. Естественно, они всех одолели.

Долго в мире племена не прожили и снова начали враждовать. Тогда было решено позвать князя. Пришли к одному – тот назвал их глупыми и не захотел ими править. Зато посоветовал искать столь же глупого князя. Найти такого удалось только при помощи вора. Так у головотяпов появился князь, который правил ими издалека. Вор стал его наместником.

Найдя князя, головотяпы построили город Глупов, а себя назвали глуповцами. Вор-наместник начал провоцировать народ на бунты. Усмиряя бунтовщиков, он брал с них взятки и при этом выслуживался перед правителем. Вскоре князю это надоело, и наместник в Глупове сменился. Новый оказался ничуть не лучше старого.

После отставки еще пары вороватых наместников князь прибыл в Глупов и воскликнул: «Запорю!». «С этим словом начались исторические времена».

Опись градоначальникам

Перечисляются все градоначальники, служившие в Глупове в период с 1731 по 1826 год, даются их краткие характеристики. О некоторых из них подробнее написано ниже.

Органчик

В августе 1762 года в Глупов прибыл новый градоначальник – Дементий Варламович Брудастый. Местные жители ждали его с нетерпением, проявляя «обычную глуповскую восторженность» и «обычное глуповское легкомыслие». Брудастый показал себя человеком молчаливым и угрюмым.

Единственное, что он произнес при первом знакомстве с чиновниками: «Не потерплю!». После градоначальник заперся в кабинете, где постоянно подписывал различные приказы. Иногда он выходил, отдавал письмоводителю кипу бумаг и снова кричал «Не потерплю!».

Во всех концах города закипела работа – людей хватали, секли, их имущество описывали и продавали.

Вскоре глуповцы приуныли. В городе воцарился «зловещий и безотчетный страх». В итоге выяснилось, что внутри головы у градоначальника – органчик, умеющий исполнять всего две пьесы: «разорю!» и «не потерплю!». Когда Брудастый ехал в Глупов, механизм отсырел и испортился. Починить его пытался часовых и органных дел мастер Байбаков, но не сумел.

Поэтому новую голову заказали в Петербурге. Пока она шла, секрет Брудастого и раскрылся. Заканчивается его история тем, что в Глупове встретились сразу два градоначальника. У одного Брудастого была голова, выписанная из Петербурга, у второго – отремонтированная наспех Байбаковым.

Издатель «Истории одного города» в сноске поясняет, что оба градоначальника – самозванцы.

Сказание о шести градоначальницах

Градоначальников-самозванцев увез рассыльный, положив их в специальные сосуды, наполненные спиртом. После этого в Глупове началась смута. Власть несколько раз переходила из рук в руки. Первой захватила город Ираида Лукинишна Палеологова – бездетная вдова, промышлявшая ростовщичеством и жестоко истязавшая четырех своих крепостных служанок.

Ее свергла Клемантинка де Бурбон – авантюристка, дочка бывшего градоначальника, уволенного за нечестную игру в карты, и ставленница польских панов. Третья претендентка на власть – ревельская уроженка Амалия Карловна Штокфиш, «два месяца жившая у какого-то градоначальника в помпадуршах». Клемантинку она велела посадить в клетку и выставить на площади.

Амалию победила вторая ставленница польских панов – Анеля Алоизиевна Лядоховская. По ее приказу Штокфиш посадили в клетку к Клемантинке. К утру от двух бывших градоначальниц остались только кости – дамы съели друг друга.

Совет

Тем временем объявились еще две претендентки на власть – Дунька-толстопятая и Матренка-ноздря. В Глупове царила анархия. Анеля под шумок удалилась, вернувшись к прежней жизни.

На седьмой день от начала смуты в город прибыл новый градоначальник – Семен Константинович Двоекуров.

Известие о Двоекурове

В «Глуповском Летописце» Двоекуров фигурирует трижды – в описи всех градоначальников, в финале рассказа о смуте и при изложении истории либерализма в Глупове.

Из этих упоминаний можно сделать вывод, что человеком он был передовым и к выполнению своих обязанностей подходил серьезно.

По мнению издателя «Истории одного города», в «Глуповском Летописце» нет подробной биографии Двоекурова, так как ее уничтожили его преемники. Они опасались, что эта биография станет свидетельством «слишком явного либерализма».

Двоекуров ввел в Глупове пивоварение и медоварение. При нем стало обязательным употребление горчицы и лаврового листа. Самое главное – он сочинил записку о необходимости открытия в городе академии.

Известно, что Двоекуров то ли имел некий талант, которого «не оправдал», то ли ему дали какое-то поручение, которое градоначальник, оробев, не выполнил. Из-за этого он грустил всю оставшуюся жизнь. Что случилось на самом деле, точно сказать нельзя, так как единственный оставшийся листок из биографии Двоекурова сильно испорчен.

Голодный город

1776 год обещал быть хорошим для глуповцев. Шесть лет подряд с городом ничего плохого не случалось – ни пожара, ни голода, ни болезней. Местные жители считали, что этим они обязаны правлению градоначальника Петра Петровича Фердыщенко – человека простого и любящего в речи употреблять слово «братик-сударик».

Читайте также:  Сочинения по картинам пластова

Однажды благоденствию глуповцев пришел конец. Фердыщенко влюбился в замужнюю даму Алену Осипову. Из-за этого он сильно изменился – «сделался деятелен и настойчив до крайности».

Обратите внимание

Градоначальник несколько раз пытался склонить ее к сожительству, но женщина решительно отказывала, оставаясь верной супругой.

В результате он добился того, что мужа Алены арестовали и отправили в Сибирь, после чего Осиповой пришлось сдаться.

Грехопадение градоначальника отразилось и на глуповцах. В городе началась засуха, которая привела к страшному голоду. Недовольство правлением Фердыщенко росло, а он ждал подмоги – либо хлебом, либо войсками, усмиряющими бунты.

Горожане же написали жалобу «во все места Российской империи». Время шло, а ответа на нее не было. Фердыщенко принялся за аресты. Глуповцы не выдержали, захватили Аленку и сбросили с колокольни.

Сразу после этого в город прибыли войска, вызванные Фердыщенко.

Соломенный город

В противоположных концах Глупова располагались две слободы – Стрелецкая и Пушкарская. Обитатели их – стрельцы и пушкари – издавна враждовали. Разнимать одно из их побоищ пришел сам Фердыщенко.

Так он влюбился в стрельчиху Домашку – женщину резкую, решительную, мужественную и гулящую. Стрельцы отдавать ее градоначальнику не желали, но в итоге пришлось ему покориться. Пушкари начали над ними насмехаться.

Их стычки участились, от чего страдал весь Глупов.

Второе грехопадение Фердыщенко обернулось для города пожаром, начавшимся вечером 7 июля и продолжавшимся несколько дней. Глуповцы опять пошли разбираться к градоначальнику.

Он лицемерно покаялся и отдал толпе стрельчиху Домашку, которую народ трогать не стал и вернул в Стрелецкую слободу. Как только опасность миновала, Фердыщенко начал писать жалобы во все инстанции – якобы глуповцы против него устроили «великий бунт».

Через некоторое время в город вновь прибыли войска для усмирения местных жителей.

Фантастический путешественник

После всех бед, случившихся в Глупове, Фердыщенко решил путешествовать. Правда, под его началом находился только городской выгон. Глуповцам было приказано собраться там, бить в тазы, преподносить дары и поздравлять градоначальника, будто он издалека приехал. Развлечений на выгоне оказалось мало.

Фердыщенко успел пострелять горохом из маленькой пушки, несколько раз напиться, задержать встреченного во время «путешествия» пастуха. На третий день пребывания на выгоне градоначальник скончался от переедания.

Ему на смену через неделю прислали Василиска Семеновича Бородавкина, что положило начало «золотому веку Глупова».

Войны за просвещение

Бородавкин «поражал расторопностью и какою-то неслыханной административной въедчивостью». Изучив биографии предыдущих градоначальников Глупова, он взял себе в качестве образца для подражания Двоекурова.

Первым делом Бородавкин попытался вернуть обязательное употребление горчицы, от которого глуповцы успели отвыкнуть. Кроме того, он приказал есть прованское масло. Жители Глупова подчиняться его воле не захотели.

Так начались «войны за просвещение».

Как говорилось выше, причиной первой войны стала горчица. Бородавкину удалось усмирить бунтовщиков путем покорения Стрелецкой слободы, которую он считал «источником всего зла». Целью второй войны было объяснение глуповцам пользы от «устройства под домами каменных фундаментов». Третья разразилась из-за отказа горожан разводить персидскую ромашку.

Причина четвертой – разнесшийся по Глупову слух об учреждении академии. Походы Бородавкина привели к упадку города. Жители насажали столько ромашки и горчицы, что товары эти обесценились. Из-за этого стали задерживаться выплаты податей. В 1790 году во Франции произошла революция и глуповский градоначальник начал воевать уже против просвещения.

От полного разорения Глупов спасла только смерть Бородавкина.

Эпоха увольнения от войн

«В 1802 году пал Негодяев». К концу его правления город превратился в «беспорядочную кучу почерневших и обветшавших изб», а местные жители покрылись шерстью и принялись сосать лапу. Новым градоначальником стал «черкашенин» Микаладзе.

Чтобы привести глуповцев в порядок, он решил временно отказаться от насаждения просвещения и связанных с этим экзекуций, а также от принятия новых законов. Положительный результат появился уже через месяц. В дальнейшем Микаладзе правил спокойно.

Единственная слабость этого градоначальника – излишнее увлечение женщинами. Скончался он в 1806 году. Причиной смерти стало «истощение сил».

Следующим градоначальником стал Беневоленский – человек, имевший особую страсть к написанию законов. Оказалось, что глуповские правители собственные законы издавать не имеют право. Он огорчился и начал писать проповеди. В итоге Беневоленский все-таки не выдержал. Жажда сочинять законы победила.

Важно

Распространял градоначальник свои приказы странным способом – разбрасывал ночью листочки по улицам. Однажды Беневоленского арестовали за измену. Он писал письма Наполеону, приглашая французского правителя в Глупов.

Дело в том, что Бонапарта хотела увидеть купчиха Распопова, у которой жил Беневоленский.

Далее прислали майора Ивана Прыща. Законов он не издавал, но Глупов в его правление процветал. Оказалось, что у Прыща фаршированная голова. Это распознал глуповский предводитель дворянства. Он же и съел голову градоначальника.

Поклонение мамоне и покаяние

Следующий градоначальник – статский советник Иванов, отличавшийся очень маленьким ростом. Говорили, что он умер от испуга, так как получил слишком большой сенатский указ, который боялся не понять. По другой версии, его уволили. Якобы голова Иванова «перешла в зачаточное состояние» из-за «присыхания мозгов», произошедшего вследствие их ненужности.

Далее глуповцами правил «французский выходец» виконт дю Шарио, веселившийся без устали и рабочими делами не занимавшийся. Так как в Глупове долгое время царил покой, местные жители «забылись».

Это привело к «скоропреходящему глуповскому баловству».

Например, глуповцы решили снова поклоняться Перуну и Волосу, перестали «возделывать поля», придумали новый язык – наполовину человеческий, наполовину обезьяний.

Тем временем выяснилось, что дю Шарио – переодетая женщина. В Глупове появился новый градоначальник – Эраст Андреевич Грустилов, человек чувствительный и при этом имевший порочные наклонности. В частности, он воровал, будучи в действующей армии провиантмейстером.

Распущенность, царившая в Глупове, Грустилову пришлась по вкусу. Несмотря на это, спустя некоторое время Эраст Андреевич решил навести в городе порядок. Вскоре в Глупове «бездействие весело-буйственное» сменилось «бездействием мрачным».

Впрочем, возделывать поля народ так и не начал.

Подтверждение покаяния. Заключение

Грустилова сменил Угрюмов-Бурчеев. Идеалы, к осуществлению которых он стремился, — «прямая линия, отсутствие пестроты, простота, доведенная до наготы». Новый градоначальник принадлежал к тому типу идиотов, которые принимают какое-то мрачное решение и дают себе клятву привести его в исполнение. При этом движутся они напролом.

Угрюмов-Бурчеев задумал вместо Глупова построить город Непреклонск, где жизнь бы подчинялась строгому порядку и везде царила одинаковость. Второй его целью было устранение реки. Так как с рекой он справиться не смог, ему пришлось строить Непреклонск на новом месте. Угрюмов-Бурчеев таинственно исчез в 1826 году.

После этого «история прекратила течение свое».

Оправдательные документы

К основному повествованию прилагаются три документа – «Мысли о градоначальническом единомыслии, а также о градоначальническом единовластии и о прочем» (сочинение Бородавкина); «О благовидной всех градоначальников наружности» (сочинение Микаладзе); «Устав о свойственном градоправителю добросердечии» (сочинение Беневоленского).

  • «История одного города», анализ романа Салтыкова-Щедрина
  • «Премудрый пискарь», анализ сказки Салтыкова-Щедрина
  • «Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил», анализ
  • «Дикий помещик», анализ сказки Салтыкова-Щедрина
  • «Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил», краткое содержание
  • «Вяленая вобла», анализ сказки Салтыкова-Щедрина
  • «Медведь на воеводстве», анализ сказки Салтыкова-Щедрина
  • «Медведь на воеводстве», краткое содержание по главам сказки Салтыкова-Щедрина
  • Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин, краткая биография

По произведению: «История одного города»

По писателю: Салтыков-Щедрин, Михаил Евграфович

Источник: https://goldlit.ru/saltykov-shchedrin/1204-istoriia-odnogo-goroda-kratkoe-soderzhanie

Анализ главы «О корени происхождения глуповцев» (по роману М.Е. Салтыкова-Щедрина «История одного города»)

В системе повествования романа М.Е. Салтыкова-Щедрина «История одного города» глава «О корени происхождения глуповцев» имеет важное функциональное значение. Она является как бы отправной точкой для дальнейшего развития сюжета.

Начинается эта глава с подражания «Слову о полку Игореве»: «Не хочу я, подобно Костомарову, серым волком рыскать по земли, ни, подобно Соловьеву, шизым орлом ширять под облакы, ни, подобно Пыпину, растекаться мыслию по древу, но хочу ущекотать прелюбезных мне глуповцев, показав миру их славные дела и предобрый тот корень, от которого знаменитое сие древо произросло и ветвями своими всю землю покрыло».

В этой главе, как, впрочем, и в других главах «Истории одного города», Салтыков-Щедрин каждый раз пользуется случаем и объясняет читателю, что предметом его сатиры является самодержавие. Писатель высмеивает абсолютизм, монархию как антинародный политический режим.

Совет

Недаром права одной из претенденток на градоначальнический стол определялись ее происхождением от кавалеров де Бурбон. Салтыков-Щедрин и думать не мог упомянуть где-нибудь в книге, хотя бы вскользь, династию Романовых.

Но упоминание знаменитейшей европейской династии достаточно намекало на масштаб обобщения «Истории одного города».

В главе «О корени происхождения глуповцев» Салтыков-Щедрин искусно пародирует ожесточенные дискуссии середины прошлого века о происхождении Руси. Писатель использует этот спор для своих сатирических целей. Он поворачивает его в сторону раскрытия природы самодержавной власти по отношению к народу.

Салтыкову-Щедрину удалось, с находчивостью исключительного мастера эзоповского языка, подставить даже современный термин «царь» на место академического, иносказательного «князь». Послы «головотяпов» разговаривают с варяжскими князьями.

Князья ставят условия, каждое из которых направлено против народа, а послы отвечают односложным — «так». Потеряв волю, пошли головотяпы восвояси: «Шли головотяпы домой и вздыхали…Вздыхали не ослабляючи и вопияли сильно!» — свидетельствует летописец. «Вот она, княжеская правда какова!» — говорили они.

И еще говорили: «такали мы, такали, да и протакали». Один же из головотяпов, взяв гусли, запел:

Не шуми, мати зелена дубравушка,

Не мешай добру молодцу думу думати,

Как заутра мне, добру молодцу, на допрос идти

Перед грозного судью, самого царя…

Таким образом, пародия на современные исторические дискуссии превратилась в полноценное художественное средство для характеристики царской власти с момента ее возникновения.

В «Истории одного города» Салтыкова-Щедрина интересовала одна проблема – самодержавной власти и народа. В анализируемой главе мы читаем «приговор» головотяпам: «А как не умели вы жить на своей воле и сами, глупые, пожелали себе кабалы, то называться вам впредь не головотяпами, а глуповцами».

Обратите внимание

В этих строках ярко проявляется отношение писателя к русскому народу. Он считает, что народ во многом виноват в своем бедственном и угнетенном положении. Он, по Салтыкову-Щедрину, не умеет жить по своей воле. Народу обязательно требуется царь-батюшка, который будет решать судьбы своих подчиненных.

Из своего племени глуповцы не смогли выбрать предводителя. Поэтому они начали пытаться найти его на стороне. Причем глуповцы поставили одно «существенное» условие: чтобы предводитель был глупее их. Дело оказалось нелегким: или им отказывали или, «князь» казался не слишком глупым. Но вот, наконец, нашелся и князь.

Что хотел, то и получил глуповский народ! Теперь они должны были жить по правилам своего «князя»: «У кого овца ярку принесет, овцу на меня отпиши, а ярку себе оставь; у кого грош случится, тот разломи его на-четверо: одну часть мне отдай, другую мне же, третью опять мне, а четвертую себе оставь.

Когда же пойду на войну – и вы идите! А до прочего вам ни до чего дела нет!»

Но обратного пути для глуповцев уже не было. «…Драма уже свершилась бесповоротно. Прибывши домой, головотяпы немедленно выбрали болотину и, заложив на ней город, назвали Глуповым, а себя по тому городу глуповцами…Так и процветала сия древняя отрасль», — прибавляет летописец.

Именно глава «О корени происхождения глуповцев» начитает историю правления городом Глуповым, начинает многострадальную, смешную и печальную, историю русского самодержавия.

Таким образом, необходимость этой главы в повествовании обусловлена. Более того, она дает представление о населении города Глупова, о том, какие градоначальники служили там и как они управляли своими подчиненными.

Можно сказать, что сатира Салтыкова-Щедрина в «Истории одного города» не знает пределов.

Но иначе и нельзя было охарактеризовать историю «одного города», а вернее, одного государства, на разных этапах его становления и развития.

Источник: https://kraidruzei.ru/sochineniya/saltykov-schedrin-m-e/analiz-glavy-o-koreni-proishozhdenija-gl.html

Ссылка на основную публикацию